Щелкать не пытайтесь Щелкалку оторвем

«Армения должна ответить на военные учения ВС Азербайджана и Турции, и провести военные маневры». Об этом заявил глава парламентской фракции «Армения», бывший министр обороны Армении Сейран Оганян. Он так же добавил, что «Баку не остановится ни перед чем, если не увидит серьезного противодействия, если не получит щелчка по носу».

Насчет щелчка по нашему носу – это гораздо легче сказать, чем сделать. Я все, конечно, понимаю, но по имеющейся у меня информации, именно бывший министр обороны Армении руководил обороной Шуши, откуда и сбежал, бросив своих подчиненных. Причем, что интересно, на одной ноге он сумел убежать быстрее, чем подчиненные ему солдаты и офицеры – на двух. Может, от испуга нога отросла. Жизнь, она, сложнее анекдотов о Молле Насреддине, и уж если верить тезису о том, что эмоциональная слеза способна излечить проказу – вполне вероятно, что вид «Яшмы» способен восстановить утраченные конечности. «Новый хвост оказался лучше и функциональнее прежнего». Так что не надо лезть со щелчками, а то оторвем что-нибудь еще.

Честно говоря, для меня есть очень важный критерий оценки правильности моих действий: реакция на них противника и/или недоброжелателя. Если противник злится, начинает звонить во все колокола, призывает на мою голову кары небесные, желательно вместе с участковым – то все я делаю правильно. Потому что участковый – мой хороший приятель. Ладно, отложим лирику. Генералу не нравится, генерал опасается (я тактичен, и потому избегаю слова «боится», к чему обижать пожилого человека), генералу очень хочется нас стукнуть. Джентльмены, по-моему, в наш адрес только что прозвучала угроза. И оставлять это без ответа – неразумно и неправильно. Потому что это может вызвать у врага чувство безнаказанности, а это – совершенно недопустимо.     

Один умный человек в советское время задал на партсобрании вопрос «почему мы глушим западные радиопередачи, а не наоборот». Ставить правильные вопросы, это тоже наука. И правильно поставленный вопрос должен звучать так: почему так мало уничтоженных и искалеченных зинворов? Почему генерал Оганян нахально говорит о щелчках, а не смиренно вспоминает о пинках? Почему ОБСЕ, СЕ и ПАСЕ не завывают в инфразвуковом диапазоне? Что мы делаем не так? Что мы делаем в недостаточной степени? Почему Джермук еще не Истису? Не пора ли увеличить плотность огневого воздействия и количество снарядов на квадратный километр? Я, конечно, допускаю, что всему свое время, но хотелось бы, чтобы оно пришло побыстрее. У соседушек и их покровителей, а также у их должностных лиц должен выработаться рефлекс: ляпнул что-то антиазербайджанское – заминусовали несколько зинворов. Согрешил, не покаявшись – забор в Ераблуре стал немного длиннее. «Реакция ВС Азербайджана – как мерило всех вещей». Перефразирую недавнее высказывание своего приятеля, умнейшего человека: «нельзя, чтобы наша восточная отходчивость переросла в совершенно неуместное попустительство».  

А если уж начистоту, то генерал, каким бы он ни был, даже «выпившим прапорщиком, укравшим офицерскую фуражку», должен понимать элементарные вещи. Не всё, что находится в распоряжении нашей армии, мы показываем на учениях. Совсем не всё, чем владеем, и уж точно не всё, что умеем. Это вообще целое искусство, специально обученные люди учат других людей как маскировке, так и умению занижать количественный и качественный состав своей армии (чтобы враг расслабился, деза). При этом твоя разведка должна предоставить результаты анализа: декларируемое количество и качество военной техники и личного состава противника vs «как у врага дела на самом деле». «Когда ты близко, кажись далеким, когда ты сильный – кажись слабым». Для этого даже не нужно получать военного образования, срочной службы в армии вполне достаточно. Ну, и наконец – художественное отступление, ака мысли вслух. Я очень люблю роман Эльчина Эфендиева «Смертный приговор». «НКВД был страшнее чумы, и с эпидемией чумы в Гадруте могла справиться только такая сила». Город Гадрут – наш. Но чумные бациллы все еще жизнеспособны. Этой информации более чем достаточно. И если это понимаю я, это тем более понимают и в нашем Министерстве обороны. А потому – больше учений, хороших, и разных.