Диалог Баку-Тегеран: стратегическому сотрудничеству альтернативы нет

Победителем президентских выборов в Иране официально признан Сейид Ибрагим Раиси, представитель лагеря «консерваторов», последние годы возглавлявший судебную власть Исламской Республики. Что влечет за собой для всего региона избрание президентом ИРИ ярко выраженного клерикального политика, имеющего репутацию жесткого критика Запада и борца с инакомыслием в самом Иране?

Реальность такова, что конкретный политический выбор иранцев в контексте иранской геостратегии, в частности, на Южном Кавказе и в Прикаспии, можно сказать, не носит принципиального значения. Поскольку вне зависимости от того, будет ли строго осуществляться Тегераном прежний внешнеполитический курс или он подвергнется определенным коррективам, ИРИ однозначно будет учитывать реалии, наступившие в регионе после Карабахской войны. В этом смысле дальнейшая политика Ирана в отношениях с победителем войны – Азербайджаном – не может быть иной, кроме как направленной на развитие двустороннего сотрудничества, выступающего как один из решающих факторов общерегиональной интеграции, стабильности и безопасности.

Ожидания Азербайджана в этой связи достаточно ясно раскрывает текст поздравительного письма президента Азербайджана Ильхама Алиева Сейиду Ибрагиму Раиси, в котором глава нашего государства, подчеркнув историческую религиозно-культурную связь между Азербайджаном и Ираном, а также выразив удовлетворение нынешним состоянием двусторонних отношений, «поднявшихся до уровня стратегического сотрудничества», заявил о своей уверенности в их дальнейшем укреплении и расширении в соответствии с интересами обоих народов и стран. Ильхам Алиев пожелал Ибрагиму Раиси успехов в его «предстоящей ответственной деятельности на благо дружественного и братского народа Ирана».

Таким образом, Азербайджан вновь послал четкий месседж Ирану как «другу и брату» – месседж, имеющий особый смысл в нынешних региональных условиях.

С освобождением Карабаха от армянской оккупации полностью восстановлена азербайджано-иранская государственная граница. Уже одного этого факта достаточно для того, чтобы констатировать наличие действительно широких перспектив для дальнейшего развития отношений между Баку и Тегераном, реализации новых двусторонних проектов. Но эти перспективы связаны и с предусмотренным трехсторонними заявлениями лидеров Азербайджана, России и Армении от 10 ноября 2020 года и 11 января 2021 года разблокированием транспортных сообщений на Южном Кавказе. Запуск этого процесса открывает большие возможности для многостороннего сотрудничества с участием всех государств региона в формате «3+3» – Азербайджана, Грузии, Армении, Турции, России, Ирана.

Непосредственно для Баку и Тегерана эти возможности связаны, прежде всего, с дальнейшей реализацией транспортных и инфраструктурных проектов в рамках создания коридора «Север-Юг». Причем перспективы азербайджано-иранского сотрудничества особо проявляются на фоне провала реального экономического интереса Ирана к Армении. Надежды на строительство железнодорожной линии Армения-Иран так и остались призрачными. И сейчас, когда регион стоит на пороге транспортно-коммуникационного разблокирования, Тегеран объективно исходит из целесообразности объединения железнодорожных магистралей Ирана и России через Азербайджан как составной части этого поистине исторического процесса.

Как бы Армения ни пыталась своими ущербными аргументами убедить иранскую сторону в том, что перспектива создания Зангезурского коридора, который свяжет западные районы Азербайджана с его Нахчыванской автономией и, далее, с Турцией, угрожает интересам Тегерана, власти ИРИ не могут не строить свою позицию по данному вопросу, исходя из одного непреложного факта. А именно того, что Баку является ключевым региональным партнером Тегерана. Эта данность воспринималась ИРИ и в период 30-летней армянской оккупации Карабаха, и отчетливо осознается иранской стороной сейчас, после того как Азербайджан сокрушил армянских агрессоров и изгнал их со своей территории. Даже те силы внутри иранской политической элиты, которые настаивают на поддержке Тегераном «баланса в отношениях» с Баку и Ереваном и в данном контексте болезненно реагируют, в частности, на действия Азербайджана, направленные на демаркацию своей границы с Арменией, осознают, что последняя как не представляла вчера, так и не представляет сегодня никакой реальной партнерской ценности для ИРИ.

Между тем, азербайджано-иранское стратегическое партнерство наполнено не только перспективным экономическим, но и геополитическим содержанием. Баку и Тегеран придерживаются строгого учета взаимных интересов в процессе формирования прочной системы региональной безопасности. Данный фактор для Ирана чрезвычайно важен с учетом неразрешенности международного кризиса вокруг его ядерной программы. Баку своей реальной политикой, нацеленной на достижение региональной интеграции и безопасности, уже достаточно доказал, что не предпримет никаких шагов, способных ущемить интересы Тегерана. Даже в самые острые моменты развития иранского кризиса, когда над южным соседом серьезно нависала угроза военного удара, Азербайджан четко давал понять соответствующим мировым кругам, что не позволит использовать свою территорию в антииранских целях.

В настоящий же момент Иран признает поствоенные реалии на Южном Кавказе, обусловленные блестящей военной победой Азербайджана. Выражая готовность к дальнейшему расширению и укреплению своего сотрудничества с Баку, Тегеран изъявляет также желание принять участие в восстановлении освобожденных территорий Азербайджана. Так что подтвержденное после избрания Ибрагима Раиси президентом ИРИ стремление Азербайджана укреплять взаимодействие с Ираном как с братской и дружественной страной – реальный посыл, затрагивающий перспективы как двусторонних отношений, так и многостороннего сотрудничества в постконфликтном регионе.

Натиг Назимоглу