ЕС, Турция и вопрос Кипра: кто пытается внести раскол? Экспертные мнения на Caliber.Az

Министр национальной обороны Турции Яшар Гюлер заявил, что Анкара не намерена отказываться от своих прав и обязательств государства-гаранта на Кипре, а урегулирование кипрского вопроса считает возможным только на основе существования двух равноправных суверенных государств. Об этом сообщает Министерство национальной обороны Турции.

Гюлер выступил перед военнослужащими 39-й механизированной пехотной дивизии, дислоцированной в Северном Кипре.

Он отметил, что в условиях нарастающих региональных и глобальных угроз Турция продолжает принимать меры для обеспечения национальной безопасности, борьбы с терроризмом и защиты своих государственных интересов.

Говоря о Северном Кипре, глава оборонного ведомства заявил, что Турция продолжает обеспечивать мир на острове в соответствии с Договором о гарантиях и Договором о союзе. Он подчеркнул, что Кипрская мирная операция 1974 года положила конец противостоянию на острове, а 39-я пехотная дивизия сыграла в ней одну из ключевых ролей, потеряв 142 военнослужащих.

Гюлер также подверг критике решение Европейского парламента по вопросу Северного Кипра, заявив, что оно не имеет ни юридических, ни исторических оснований.

«История пишется не политическими аргументами, а документами и фактами», — подчеркнул министр.

По словам главы Минобороны, Турция не намерена отказываться от своих прав, вытекающих из международного права, а также от обязательств государства-гаранта. Он вновь заявил, что устойчивое урегулирование кипрского вопроса возможно лишь на основе сосуществования двух равноправных суверенных государств.

Министр коснулся и ситуации в Восточном Средиземноморье. Он отметил, что сохраняющаяся напряженность представляет угрозу региональной безопасности, а Турция намерена и далее защищать свои права и интересы, а также интересы турок-киприотов.

Почему спустя 52 года в Европе вновь поднимают кипрский вопрос? Кто и зачем пытается использовать его для обострения отношений между ЕС и Турцией? И кому выгодна сохраняющаяся напряженность между Анкарой и Брюсселем?

Известные аналитики поделились с Caliber.Az своими оценками этой ситуации.

Политический комментатор турецкого телеканала NTV, кандидат политических наук Умит Назми Хазыр заявил, что прежде всего хотел бы отметить следующее.

«После кровавого государственного переворота, совершённого 15 июля 1974 года греческими силами и их сторонниками из числа кипрских греков с целью уничтожения турок-киприотов, Турция 20 июля 1974 года осуществила законное вмешательство, высадившись на острове и руководствуясь своими правами и обязательствами, вытекающими из Договора о гарантиях 1960 года. Если бы Вооружённые силы Турции не провели эту операцию, турецкое население Кипра было бы уничтожено. Поэтому вмешательство Турции на Кипре является полностью легитимным. Решение, принятое Европейским парламентом, содержит ложные утверждения и клевету. На мой взгляд, институты Европейского союза всё больше отходят от исторической объективности и беспристрастного подхода к кипрскому вопросу.

Война в Украине значительно повысила потребность Европы в сотрудничестве с Турцией в сфере безопасности. В результате отношения между Анкарой и Брюсселем в последние годы получили новый импульс к развитию. Однако внутри Евросоюза есть силы, прежде всего Греция и греко-кипрская администрация Южного Кипра, которых такое сближение не устраивает. Они стремятся использовать кипрский вопрос как инструмент давления на Турцию, пытаясь превратить двусторонние греко-турецкие разногласия в проблему отношений между Анкарой и Европейским союзом.

Тем самым Афины в определённой степени ограничивают свободу внешнеполитического курса самого Евросоюза», — делает вывод политолог.

По его словам, кипрский вопрос остаётся одной из наиболее сложных проблем в отношениях между Турцией и ЕС.

«Одновременно он является одним из главных препятствий на пути вступления Турции в ЕС. Решение Европейского парламента наносит ущерб отношениям между Турцией и Евросоюзом.

План Аннана по Кипру 2004 года представлял собой инициативу Организации Объединённых Наций, предусматривавшую объединение разделённого острова в единое независимое федеративное государство. На референдуме турки-киприоты поддержали этот план, а греки-киприоты его отвергли. Это вызвало глубокое разочарование у турецкой стороны. 

В результате в последние годы Турция стала ещё более последовательно поддерживать модель урегулирования, основанную на сосуществовании двух государств на Кипре», — разъяснил Хазыр.

Эксперт по международным вопросам, руководитель клуба политологов «Южный Кавказ» Ильгар Велизаде заявил, что, говоря о столь сложной теме и возможных интересантах обострения кипрского вопроса, стоит выделить и Францию.

«Это тезис, подтвержденный конкретными фактами: недавно Франция и Республика Кипр договорились о том, что на острове на постоянной основе будет размещён ограниченный контингент французских войск. Официально это объясняется необходимостью обеспечения безопасности Кипра и Восточного Средиземноморья в рамках стратегии Европейского союза и расширения военно-политического партнерства между странами ЕС. На самом деле преследуемые цели достаточно прозрачны и очевидны.

Они заключаются в стремлении держать регион под контролем, ограничить влияние Турции и способствовать созданию устойчивой архитектуры военно-политического присутствия Франции в Восточном Средиземноморье. Страны, имеющие собственные интересы в регионе и препятствующие этому (в частности, Турция), воспринимаются в рамках данного подхода как недружественные или потенциальные противники. Турецкая сторона в лице министра обороны даёт понять, что будет предпринимать адекватные действия в отношении любых стран, которые стремятся усилить своё военное присутствие на острове.

При этом Франция напрямую не называется, поскольку она является партнером Турции по НАТО.

Франция — страна, принимающая исключительно важные решения в вопросе допуска тех или иных государств к многомиллиардным европейским оборонным программам. Турция заинтересована в участии в них, поэтому не хочет намеренно обострять отношения с Парижем. Тем не менее Анкара продолжает демонстрировать готовность отстаивать собственные интересы, которые для нее важнее участия в отдельных программах», — заключил Велизаде.