Новый импульс: Вашингтон и Тбилиси тестируют перезагрузку Американский и грузинский аналитики на Caliber.Az

Ни для кого не секрет, что отношения между Вашингтоном и Тбилиси не отличаются своей динамичностью и безоблачностью. Очень точную характеристику состоянию этих связей дал в марте текущего года спикер грузинского парламента Шалва Папуашвили, назвавший партнерство между двумя странами «бумажным» и подчеркнувший, что Грузия нацелена на настоящее стратегическое партнерство с США.

И вот на днях премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе на своей странице в соцсети X сообщил, что провел продуктивный телефонный разговор с государственным секретарем США Марко Рубио.

«Состоялся продуктивный телефонный разговор, в ходе которого мы подчеркнули важность перезапуска нашего партнерства. Мы привержены укреплению грузино-американских связей, а также развитию региональной стабильности и взаимосвязанности», — написал грузинский премьер, добавив, что роль Грузии как сильного партнера на Южном Кавказе будет укрепляться.
 
Можно ли трактовать этот контакт как полноценный старт перезагрузки на треке Тбилиси — Вашингтон, и способен ли состоявшийся диалог повлиять на восстановление дипломатических контактов между ЕС и Грузией? На эти вопросы Caliber.Az отвечают американский и грузинский политологи.

Так, эксперт в области геополитики и безопасности, главный редактор издания The Washington Outsider Ирина Цукерман считает, что разговор между премьер-министром Грузии и государственным секретарем США является началом осторожного политического движения, которое можно рассматривать как постепенное восстановление рабочего диалога после периода заметного охлаждения.
 
«Сам факт контакта на таком уровне указывает на появление взаимного интереса к стабилизации отношений, поскольку подобные беседы обычно становятся возможны только тогда, когда обе стороны видят практический смысл в снижении напряженности. В дипломатической практике такие сигналы редко означают быстрые прорывы. Они обычно отражают начало более длительного процесса проверки намерений и определения границ возможного сотрудничества», — сказала она.

По мнению политолога, со стороны США подобный контакт может означать более широкое понимание того, что Южный Кавказ приобретает все большую значимость в контексте меняющейся архитектуры безопасности: «Ослабление прежних механизмов российского влияния, конфликт вокруг Ирана, продолжающаяся трансформация транспортных маршрутов между Европой и Азией и растущая важность Среднего коридора возвращают регион в поле более активного внимания Вашингтона. В этом контексте Грузия остается географически важным транзитным узлом, независимо от сложности политических отношений последних лет».

Она также отметила, что для Грузии этот процесс способен открыть ряд возможностей, прежде всего в сфере безопасности: «Речь может идти о возобновлении отдельных форм военного диалога, консультациях по вопросам оборонного планирования, техническом сотрудничестве в сфере кибербезопасности и расширении программ подготовки. Даже ограниченное восстановление подобных контактов обычно воспринимается в Тбилиси как укрепление стратегической устойчивости страны, поскольку сотрудничество с США традиционно рассматривалось грузинской политической элитой как элемент долгосрочной безопасности».

Кроме того, как полагает эксперт, улучшение связей между Соединенными Штатами и Грузией может остановить регрессивные тенденции во взаимодействии Брюсселя и Тбилиси, где отношения не только не продвигались, но и все более осложнялись.

«В европейских институтах традиционно внимательно отслеживают состояние американо-грузинских отношений, поскольку Вашингтон остается важным индикатором политической приемлемости партнеров в более широком западном пространстве. Улучшение связей с США может восприниматься в европейских столицах как сигнал того, что диалог с Тбилиси остается возможным. Процесс нормализации отношений с ЕС зависит от более сложного набора факторов, связанных с внутренними реформами, состоянием политической конкуренции и институциональными стандартами.
 
Европейская политика в отношении Грузии всегда опиралась на сочетание геополитического интереса и нормативных ожиданий. Даже при улучшении геополитического климата именно внутренние процессы в этой стране будут определять скорость реанимации доверия между Брюсселем и Тбилиси. Европейский союз заинтересован в стабильности транспортных маршрутов через Южный Кавказ, энергетической диверсификации и снижении региональных рисков, и Грузия остается частью этих расчетов благодаря своему географическому положению и инфраструктурной роли», — заявила И.Цукерман.

В свою очередь, грузинский аналитик, редактор проекта «Европейская перспектива» Бесо Куртанидзе полагает, что тема Ирана и региональная близость Грузии к Ближнему Востоку стимулируют Вашингтон на перезагрузку отношений с Тбилиси.

«Соединенные Штаты опасаются влияния и давления Тегерана на Грузию, возможных попыток иранской стороны дестабилизировать ситуацию в стране. Насколько такие тревоги обоснованы – это другой вопрос, но так или иначе на данный момент в коммуникациях с Тбилиси Вашингтону крайне важна защита нефтепровода Баку – Тбилиси – Джейхан и Среднего коридора, а значит и внутренняя стабильность, то есть, недопущение беспорядков и устойчивость к провокациям, и дипломатическая координация — совместно с Азербайджаном и Арменией, чтобы регион не превратился в «игровую площадку» для РФ и ИРИ», — сказал он.
 
По мнению аналитика, США не нуждаются в активной военной помощи Грузии против иранской стороны, им нужна пассивная стабильность, чтобы Южный Кавказ не стал дополнительной проблемой и продолжал функционировать как энергетическая и логистическая альтернатива России и Ирану.

«У Штатов нет военных баз в Грузии, да и для операций против Ирана Вашингтон использует базы в Персидском заливе. Открытое небо — тоже вряд ли; маршруты из Европы и Соединенных Штатов в направлении ИРИ идут через Турцию или другие пути. Таким образом, грузинское воздушное пространство в этих операциях тактически имеет незначительную ценность. Однако диалог Рубио и Кобахидзе получил неожиданный резонанс, что подтверждает фактор борьбы Вашингтона и Тегерана за влияние на Грузию.
 
В частности, посол Ирана в Тбилиси Сейед Али Моджани разместил публикацию в соцсетях с предупреждением о том, что ни одна страна не защищена от последствий регионального кризиса, и государствам, которые помогут США, придется «заплатить цену». Это заявление многие восприняли как прямую угрозу в адрес Грузии: если страна встанет на сторону американцев в конфликте с Ираном или просто не сохранит строгий нейтралитет, то региональный кризис – терроризм, гибридные атаки, экономический ущерб – может затронуть и ее. Как видим, ИРИ крайне остро реагирует на любой сигнал о том, что Грузия или другая страна Южного Кавказа могут стать «логистической или политической опорой» США и Израиля в противостоянии с Тегераном.

Пока продолжается ирано-американо-израильский конфликт, Исламская Республика пытается ограничить региональную поддержку Вашингтона. Пост посла представлял собой форму дипломатического давления: «Будьте осторожны в своих действиях». И хотя страница дипломата на Facebook вскоре стала недоступна (вероятно, сам посол или посольство удалили публикацию), краткая версия в соцсети X осталась. Это – типичная практика иранской дипломатии: публиковать жесткое заявление-месседж, а затем смягчать или удалять его, чтобы окончательно не испортить отношения.

Иран уже давно рассматривает Грузию, как и Азербайджан, в качестве потенциальной угрозы из-за Среднего коридора, сотрудничества с Израилем и возможности использования Тбилиси для ужесточения санкционного режима против Тегерана. Разговор Рубио с Кобахидзе, в котором акцент был сделан на «региональной безопасности», стал для иранской стороны сигналом о том, что «что-то происходит», – заявил эксперт.
 
Что касается ЕС, то, по мнению Б.Куртанидзе, если отношения Тбилиси с Вашингтоном улучшатся, то это автоматически приведет к восстановлению связей с Европейским союзом: «Признание легитимности грузинских властей со стороны США заставит Брюссель пересмотреть свою политику в отношении Грузии».