Нефтяной рынок после перемирия: конец ценового ралли или временная передышка? Обзор Хазара Ахундова

В понедельник сырьевые биржи отреагировали на информацию о вероятном достижении Соединенными Штатами и Ираном договоренностей, которые завершат войну на Ближнем Востоке и восстановят движение судов через Ормузский пролив, 5-процентным снижением цен на нефть. Чуть ранее премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф сообщил, что стороны договорились подписать соответствующий договор 19 июня в Швейцарии. Тем не менее ряд экспертов ссылается на неразрешенность всех политических противоречий, что сохраняет риски в будущем. Кроме того, ожидать обвального спада цен в ближайшем будущем не стоит и ввиду того, что уровень производства нефти ОПЕК за три месяца конфликта достиг минимумов за последние 20 лет, а также потребуется время на ремонт поврежденной добывающей инфраструктуры, трубопроводов и терминалов в портах.

Опыт XX и первой четверти XXI веков свидетельствует о неразрывности понятий война и цены на нефть: конфликты, особенно затрагивающие Ближневосточный регион, самым непосредственным образом сказываются на динамике сырьевых котировок. Так, в прошлом году в ходе ожесточенного 12-дневного ирано-израильского противостояния наблюдался непродолжительный подъем цен на нефть. Еще более масштабный конфликт с разрушительными последствиями начался 28 февраля 2026 года, и он привел к разрушениям нефтедобывающей инфраструктуры, НПЗ и предприятий по производству СПГ, портовых терминалов и ряда других отраслевых объектов в странах региона. Из-за двойной блокировки Ормузского пролива и угрозы атак на нефтяные танкеры транспортировка углеводородного сырья практически полностью прекратилась. С конца первой декады апреля и до начала июня сохранялось хрупкое перемирие, велись весьма непростые переговоры между Вашингтоном и Тегераном, но затем противоречивый диалог практически прервался и последовала череда взаимных ракетных ударов, цены на нефть резко подскочили, и уже казалось, что никакого мирного исхода в ближайшем будущем не будет.

Однако в понедельник мировые СМИ объявили о достижении мирного соглашения между США и Ираном, которое планируется официально подписать в Швейцарии, и оно предусматривает открытие Ормузского пролива для беспошлинного судоходства и снятие блокады. Как пишет The Wall Street Journal, открытие этой водной артерии станет одним из главных маркеров, подтверждающих способность предварительной договоренности между Соединенными Штатами и Исламской Республикой перерасти в полноценное соглашение. Аналитики полагают, что при таком ходе событий возобновится полноценная работа нефтяных портов в арабских странах, станет возможным более широкое возвращение иранской нефти на международный рынок, что в совокупности будет способствовать росту глобального предложения углеводородного сырья и снижению цен на него.

Так или иначе, но первой реакцией на новость о деэскалации на Ближнем Востоке стал спад цен на нефтяных биржах. Так, уже днем 15 июня августовские фьючерсы на нефть марки Brent подешевели на лондонской бирже ICE Futures на 5,03% — до $82,94 за баррель. Схожий тренд наблюдался и по североамериканской нефти WTI: цены на июльские фьючерсы на бирже NYMEX снизились на 5,37% — до $80,32 за баррель. Отметим, что в минувшую субботу, так сказать, в преддверии этих событий, цена азербайджанской нефти Azeri Light на базе CIF в итальянском порту Аугуста снизилась на 6,57% — до $90,50.

Итак, возобладают ли в ближайшее время на нефтяном рынке устойчивые «медвежьи» тренды, станет ясно по итогам запланированной на 19 июня встречи представителей американской и иранской сторон в Швейцарии. При этом, что нельзя не отметить, возможное продвижение на данном треке сопряжено с рядом рисков, так как договоренности остаются политически хрупкими: Израиль и Иран по-прежнему демонстрируют кардинально отличающиеся позиции, а также сохраняется высокая неопределенность в части имплементации, последовательности выполнения и механизмов контроля.

В свою очередь, президент Дональд Трамп в соцсети Truth Social заявил, что сделка с Ираном «полностью завершена», отметил, что он санкционировал «беспошлинное открытие Ормузского пролива», и приказал «немедленно снять военно-морскую блокаду США».  Между тем, Исламская Республика заняла более осторожную позицию: глава иранского МИД Аббас Арагчи подчеркнул, что ответственность за надлежащее выполнение соглашения возложена на Соединенные Штаты. Помимо этого, ИРИ настаивает на прекращении Израилем «военных действий против Ливана».

Здесь уместно отметить, что накануне агентство Mehr распространило информацию о некоторых деталях согласованного на днях проекта меморандума между Ираном и США. Так, состоящий из 14 статей документ предусматривает немедленное и постоянное прекращение боевых действий на всех направлениях, включая Ливан; Штаты, в свою очередь, должны вывести войска из прилежащих к ИРИ регионов, а также намечены полное снятие морской блокады в течение 30 дней и открытие Ормузского пролива для свободного судоходства. Документ, в том числе, предусматривает приостановку санкций на продажу нефти, обязательство Соединенных Штатов не вводить новые рестрикции и разблокировать иранские активы. Тегеран, согласно меморандуму, обязуется не производить ядерное оружие. Окончательное соглашение будет достигнуто после 60-дневных переговоров. Документ, как ожидается, будет утвержден резолюцией Совета Безопасности ООН, и для его реализации будет создан специальный контрольный механизм.

Сегодня довольно сложно строить предположения насколько достоверны условия соглашения в иранской интерпретации. При этом в Израиле, судя по всему, не признают данный документ обязывающим для своей политики безопасности: министр национальной безопасности Израиля Итамар Бен-Гвир заявил, что договор «не обязывает Израиль», подчеркнув суверенное право страны самостоятельно определять меры национальной безопасности.

Экспертно-аналитическое сообщество тоже сходится во мнении, что соглашение весьма неустойчивое. В частности, эксперты крупнейшей норвежской консалтинговой и аналитической компании в области энергетики — Rystad Energy — считают, что нынешние договоренности — это «наиболее реалистичный сценарий, однако соглашение остается хрупким». Так, главный экономист Rystad Energy Клаудио Галимберти, заявив, что «США заинтересованы в предотвращении роста цен на бензин, Иран — в ослаблении санкций и росте экспортных доходов, мировые рынки — в стабильности поставок через Ормузский пролив», подчеркнул, что структурное совпадение интересов и подписание документов еще не означают функционирующее соглашение, указав на разногласия в последовательности выполнения обязательств, когда каждая из сторон ожидает первых шагов от другой. 

Он также назвал Ливан потенциальным фактором дестабилизации, способным повлиять на динамику сделки даже при продвижении дипломатического процесса в целом, и отметил, что и при оптимистичном сценарии нормализация нефтяного рынка будет постепенной: потребуется время на перестройку поставок, логистики и снижение риск-премий в ценах. До момента официального подписания соглашения и начала практических работ по его реализации рынок, вероятно, останется волатильным, прежде всего реагируя на политические сигналы и новостной фон, а не на фундаментальные изменения в поставках.

Необходимо принять во внимание и факт того, что ремонт и налаживание пострадавших во время войны портовых терминалов и иной нефтяной инфраструктуры стран Залива требуют определенного времени так же, как и расчистка фарватеров для полноценной танкерной перевалки: по некоторым данным, разминирование Ормузского пролива займет 40–50 дней. 

Не следует упускать из поля зрения и то, что к концу мая уровень производства нефти странами ОПЕК достиг минимума за 26 последних лет: согласно сообщениям Reuters, добыча нефти в картеле снизилась на 1,06 миллиона баррелей в сутки по сравнению с предыдущим месяцем и составила 16,13 миллиона баррелей в сутки, что является самым низким месячным значением по меньшей мере с 2000 года, и, чтобы нарастить добычу до довоенных показателей, потребуется немало времени, так что, резкий спад цен на нефть до конца лета не ожидается.

При оптимистическом сценарии развития геополитических событий на Ближнем Востоке есть вероятность того, что к осени цены на Brent вернутся к среднему довоенному уровню — $70 за баррель. Для Азербайджана это вполне приемлемо: напомним, что в рамках консервативного сценария и с учетом глобальных рисков планка «цены отсечения» при расчете нефтяных доходов в государственном бюджете Азербайджана на 2026 год была снижена до $65. В целом, наша страна однозначно поддерживает политику ОПЕК+ по сдерживанию производства нефти и сохранению баланса между спросом и предложением.