Вопрос хиджаба в Иране – между секулярностью и консерватизмом Политологи-иранисты на Caliber.Az

Президент Ирана Масуд Пезешкиан выступил против принуждения иранских женщин к ношению хиджаба и поддержал их право на выбор. «У людей есть право выбора», — сказал он в интервью ведущему программы «Ночные новости NBC» Тому Ламасу, отвечая на вопрос о Махсе Амини, чья смерть три года назад после задержания иранской полицией нравов вызвала общенациональные протесты. 

«У нас не было надлежащего управления нашими внутренними проблемами и реализации», — добавил иранский президент, пояснив ситуацию. Пезешкиан также отметил, что остальной мир «раздувает ситуацию до предела»: «Конечно, каждая человеческая жизнь бесценна. Но ежедневно сотни людей гибнут в Ливане, в Газе, по всей Палестине, в Йемене и Сирии, но никто и глазом не моргает. Почему? Это менее человеческие существа?» 

Что подразумевает заявление Пезешкиана? Это – просто точка зрения или нацеленность иранского руководства на отмену жестких правил на ношение хиджаба? Насколько подобное возможно? На эти вопросы Caliber.Az отвечают политологи-иранисты. 

Политический аналитик, иранист, бывший посол Азербайджана в Иране Джаваншир Ахундов полагает, что заявление иранского президента о том, что ношение хиджаба – «это право выбора», отражает не только его личные взгляды, но и позицию всего реформаторского крыла элиты ИРИ, которое он сегодня фактически возглавляет. В этом лагере представлены заметные фигуры – бывшие президенты Хатами и Роухани, а также 12 лет находившийся под домашним арестом без предъявления каких бы то ни было обвинений Мир-Хосейн Мусави, некогда занимавший пост премьер-министра страны. По словам эксперта, именно это крыло на данный момент формирует более прагматичный и конструктивный подход к общественным вопросам в противовес ультраконсерваторам.

«Еще полгода назад ультраконсерваторы пытались протолкнуть в парламенте закон об ужесточении ношения хиджаба. В нем предусматривались суровые наказания: штрафы, тюремные сроки, давление на женщин всеми возможными способами. Но под влиянием Пезешкиана и реформаторов этот проект был отклонен. И слова президента ИРИ, сказанные им в интервью «Ночным новостям NBC», лишь подтверждают его линию: Иран постепенно смягчает меры в отношении женщин. В Тегеране уже можно заметить, что женщины свободнее себя чувствуют, а в северных районах столицы и торговых центрах – встретить женщин без хиджаба. Однако в университетах и государственных структурах это правило пока остается обязательным», — отметил Ахундов.

Вместе с тем, политолог считает маловероятным принятие закона, который бы юридически закрепил право женщин не носить хиджаб: «Такой шаг сейчас невозможен. Но постепенные послабления будут, потому что жизнь в стране и социально-экономическая реальность подталкивают к этому. Данный процесс очень сложный: консерваторы сохраняют мощные ресурсы – финансовые, силовые, репрессивные – и понимают, что за либерализацией может последовать рост общественного давления. Поэтому они продолжат сопротивление».

По его словам, внутренние перемены в Иране невозможно рассматривать в отрыве от внешнеполитического контекста. 

«Последние заявления Пезешкиана по атомной программе свидетельствуют, что рассчитывать на компромисс с Западом не стоит: последний требует полного отказа от ядерных амбиций, а иранское руководство на это не идет. Именно поэтому 28 сентября возобновились жесткие международные санкции против Ирана, которые обязательны к исполнению всеми странами и бьют по иранской экономике самым серьезным образом. Уже сейчас казна пуста, инфляция крайне высока, а санкционный прессинг лишил страну доступа к инвестициям, технологиям и внешним рынкам. В совокупности все это подталкивает руководство к вынужденным шагам, например, к смягчению общественных ограничений, в том числе связанных с хиджабом. Потому что по-другому они просто не могут удержать ситуацию. Все взаимосвязано. Невозможно вычленить только один фактор, будь то вопрос хиджаба или атомной программы. Внутренняя политика, экономика, социальная жизнь и внешние отношения – это единая ткань, которая формирует нынешнюю картину в Иране. И послабления по отдельным вопросам – не жест доброй воли, а вынужденная необходимость в условиях санкций, кризиса и давления извне», — заключил Дж.Ахундов.

В свою очередь, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, доцент кафедры современных Востока и Африки РГГУ Лана Раванди-Фадаи уверена, что Пезешкиан знает, что консервативный блок в мусульманском правительстве ни за что не разрешит отменить обязательное ношение хиджаба. 

«Президент говорит об этом, во-первых, чтобы повысить свою популярность среди либерально настроенной части иранского общества, но я думаю, что сам он не надеется на отмену обязательного ношения хиджаба. Делая такие громкие и нереальные заявления, своей целью он, скорее всего, ставит то, чтобы женщин и девушек, по крайней мере, не били за отказ носить хиджаб, не применяли к ним насилие. А такие случаи, к сожалению, встречаются. Фактически это означает, что в наиболее секулярных городских районах полиция будет закрывать глаза на то, что женщины не надевают хиджаб (во многом это уже происходит в северных районах Тегерана). А если кого-то и задержат, то все ограничится штрафом или выговором, но насилие применять больше не будут. Полагаю, что эта задача вполне осуществима», — сказала Л.Раванди-Фадаи.