«Экономические выгоды в случае разблокировки коммуникаций получили бы все страны Южного Кавказа» Профессор Якушик на связи с Caliber.Az

Интервью Caliber.Az с профессором Национального университета биоресурсов и природопользования Украины (г. Киев), доктором политических наук, кандидатом юридических наук Валентином Якушиком.

- Валентин Михайлович, вначале обсудим вопросы, касающиеся Южного Кавказа. Как вы расцениваете политику России в регионе в контексте нормализации армяно-азербайджанских отношений?

- В течение 30 лет после распада СССР политика Российской Федерации на Южном Кавказе, по сути, представляла собой большое многоэтапное стратегическое отступление при сохранении некоторых плацдармов для частичного уравновешивания сил наступающего Запада и Турции. Имелись временные тактические успехи России, например, в августе 2008 года, и ряд менее масштабных акций по ослаблению представителей геополитических оппонентов и открытых противников. Эти успехи были лишь частичными и часто были сопряжены с непропорциональными и неэффективными обременениями для РФ.

Результаты войны между Азербайджаном и Арменией 2020 года не внесли каких-либо особых изменений в политику России. Тенденция к отступлению РФ в регионе остается при сохранении ряда российских плацдармов, к которым сейчас можно условно отнести и остатки территории Карабаха, на которой присутствуют российские миротворцы. РФ сыграла определяющую роль в приостановлении войны 2020 года между Арменией и Азербайджаном.

О реальной нормализации армяно-азербайджанских отношений пока говорить очень сложно. Думается, что такому типу межгосударственных и межнациональных отношений будет предшествовать еще не один виток острых конфликтных ситуаций. Кто конкретно будет в будущем помогать тушить огонь возможных новых вспышек взаимного непонимания и нетерпимости, однозначно сказать невозможно.

- Каким вы находите постконфликтный период для Армении? В целом как расцениваете внутриполитическую ситуацию в стране, а также ее социально-экономическое состояние?

- Ни одному народу и ни одной стране не пожелаешь такой критической ситуации, которая сложилась в Армении. Армянское общество не только находится в состоянии депрессии, но и остается расколотым в своих геополитических установках. Часть армянской элиты и армянского народа в качестве наиболее благоприятного варианта сохранения субъектности армянского государства видит максимально тесное сотрудничество с РФ, например, в рамках Союзного государства (вместе с Белоруссией). Но с учетом нынешнего соотношения сил в армянском обществе такая перспектива выглядит не очень реалистичной. Лишь чудо может упростить и улучшить для Армении нынешнюю сложную ситуацию. Однако бывали времена для армян и сложнее. Сейчас особенно нужна государственная мудрость со стороны и Армении, и ее международных партнеров.

- Какова вероятность подписания мирного соглашения между Баку и Ереваном? Готова ли к этому шагу Армения?

- Тут существуют многовариантные перспективы и давать четкий прогноз сейчас вряд ли возможно. По моим ощущениям, ни одна из сторон пока не готова к реальным сбалансированным взаимным уступкам и учету всех основных озабоченностей соседних региональных держав и пределов их (эти держав) возможных уступок в процессе окончательного урегулирования ситуации на Южном Кавказе.

- Может ли в обозримом будущем открыться армяно-турецкая граница и есть ли реальные предпосылки для установления дипломатических отношений между Турцией и Арменией?

- Мне представляется, что такие возможности существуют. И именно это является наиболее реалистичным компонентом в первоначальных шагах по постепенному развязыванию клубка острейших противоречий в треугольнике Турция - Армения - Азербайджан.

- Как будут развиваться отношения в треугольнике Баку-Москва - Анкара?

- Решусь высказать предположение, что такие отношения будут укрепляться в сфере экономической и культурной с учетом перспективной готовности России стать важным компонентом приемлемой для нее версии тюркского мира (в рамках консенсуального славянско-тюркского, православно-мусульманского геокультурного пространства), исключающей скрытое поощрение сепаратизма и ирредентизма, а также не допускающей возникновения чрезмерной роли на своей территории структур и идеологических течений, поддерживаемых другим государством-партнером по тюркскому миру.

- Насколько эффективным считаете новый формат «три плюс три»?

- Идея институционализации сотрудничества ведущих держав региона - России, Турции и Ирана с тремя странами Южного Кавказа (Грузией, Арменией и Азербайджаном) содержит в себе большой конструктивный потенциал. Но, учитывая, что при этом фактически сводится к минимуму роль ряда геополитических гигантов, прежде всего США, Великобритании и Евросоюза, то можно предположить, что кроме объективных сложностей в реализации данной идеи, возникнет и много препятствий, определяемых чисто субъективными факторами, преодолеть которые будет практически нереально.

- Какие региональные игроки получат больше экономических бонусов от разблокировки транспортных коммуникаций?

- Комплексная разблокировка транспортных коммуникаций в регионе предполагает не только восстановление прямых транспортных связей через Карабах, но и через территорию Армении (между Турцией и Азербайджаном и между основной территорией Азербайджана и Нахчываном), а также между Арменией и Российской Федерацией через территорию Азербайджана. Огромные экономические выгоды в случае такой разблокировки получили бы практически все страны региона. Главный тормоз в реализации такого плана - взаимные опасения чрезмерных амбиций основных конкурирующих государств в рамках системы геополитического и геоэкономического противостояния в регионе. У меня нет уверенности, что в ближайшее время удастся согласовать взаимные интересы и учесть опасения партнеров-конкурентов. Скорее всего, все так и будет сохраняться - на «точке замерзания» и «забалтывания проблем».

- Считаете ли вы возможным реализацию политического проекта по «реанимации СССР-2.0»?

- Как мне представляется, ядром вашего вопроса скорее всего является не возможность возрождения в регионе Северной Евразии социально-классовой и мировоззренческой программы советского проекта (это отдельный вопрос для серьезного рассмотрения), а цивилизационный компонент перспектив развития русской цивилизации во взаимосвязи с ее цивилизационными союзниками, политическими попутчиками и случайно оказавшимися вместе с ней в одной компании. С цивилизационной точки зрения возрождение и нормализация жизни российского общества в ближайшее время неизбежна, за исключением лишь случаев предельно катастрофического развития мировой цивилизации в целом или данной региональной цивилизации (как в свое время, например, трагически погибли ведущие цивилизации доколумбовой Америки). Успешное, сбалансированное развитие народов России будет оказывать притягательное воздействие на ряд других народов, имеющих с Россией глубокие исторические корни взаимодействия, позитивный опыт и позитивные ожидания. При этом будут происходить те или иные формы размежевания между этим центром постсоветского возрождения и «Анти-Россией», «Анти-Ордой». Это об исторических перспективах в среднесрочном и долгосрочном аспекте. В краткосрочном же аспекте, при сохранении нынешнего типа социально-политической системы в РФ, недостаточно привлекательной для элит и народов других постсоветских государств, пока вряд ли представляется реалистичной линия на эффективную интеграцию постсоветского пространства вместе с РФ.

- Какие постсоветские страны вы расцениваете как потенциальных участников в евразийских интеграционных проектах, в частности в ЕАЭС и ОДКБ?

- К слову, а почему только постсоветские страны? Да, во-первых, в случае повторения событий, подобных тем, что произошли в Казахстане в январе 2022 года, практически вся остающаяся пока не вовлеченной в эти структуры часть стран Центральной Азии может резко проявить заинтересованность в углублении своих связей с ОДКБ и ЕАЭС.

А во-вторых, если вдруг не будет достигнуто «исторического компромисса» между нынешним руководством США и РФ, то не исключено, что на определенном этапе может произойти специфическая метаморфоза этих организаций (ОДКБ и ЕАЭС) в связи со вступлением в них Китая. А тогда уже «подтянутся» и многие другие страны Азии и Латинской Америки.

- Можно ли сказать, что уровень воздействия США и России сравнялся на сегодняшний день в отношении постсоветских стран? В чем конкретно это проявляется?

- Я бы не брался сейчас обобщать и четко классифицировать различные уровни и сферы такого воздействия со стороны США и России. В разных постсоветских странах ситуации разнятся. Кроме того, следует учитывать воздействие Китая, Великобритании, Евросоюза, Турции. В целом же российское руководство, после тридцатилетнего стратегического отступления, решилось проявить свой «норов» и (во многом даже в грубой форме) заявить Западу, что без учета коренных интересов и воли России у Запада больше не будет свободы действий в большинстве регионов Северной Евразии.

- Чем нынешние российско-американские отношения принципиально отличаются от времен холодной войны? Не исключен ли военный сценарий?

- Главные, принципиальные отличия этих двух ситуаций (времен холодной войны и нынешнего «холодного мира» 2022 года) состоят в том, что, во-первых, РФ - это не СССР по своему геоэкономическому и геополитическому весу и по способности представить привлекательное для многих альтернативное видение будущего мира. Нынешняя РФ - это, условно говоря, евразийская упрощенная и ослабленная модель американской геополитики и геоэкономики, не рассчитанная на полноценную конкуренцию с «прототипом», в которой, к тому же, еще не произошла «национализация элит». Реальным эффективным конкурентом США может быть лишь сбалансированный стратегический цивилизационный союз России и ее союзников с Китаем. На предотвращение создания такого тесного союза РФ и КНР и направлены основные усилия США и «глобального Запада» в настоящее время. Поэтому пока еще и имеются шансы на выработку в ближайшее время «исторического компромисса» между США и Россией без подрыва основ широкого сотрудничества РФ и КНР.

Что же касается военных сценариев конфликта между США и РФ, то существующий ракетно-ядерный паритет между этими двумя ведущими военными державами практически исключает попытки реализации подобных самоубийственных для всего мира планов действий.